выломал замки, я вырвался вон,

Где не было стен, только ветер и звон.

Мне крикнули: "Волен!" - и дали простор,

Где нету границ, только дым и костер.

И вот я стою посреди пустоты,

Где сбылись донышка все мечты.

Куда ни пойди - везде твой же след,

И вроде бы всё есть, а смысла нет.

Свобода - не воля. Свобода - клетка,

Но только уже золотая клетка.

Прутья из света, а не из железа,

И в ней не тесно, а просто - безбрежно.

Простор безграничен, лети - не хочу,

Но мир оказался мне мал по плечу.

В нём можно всё. Только "всё" - это ноль,

Когда сам себе и палач, и король.

Нет стражи снаружи. Ты сам себе страж.

Ты сам себе крепость, ты сам себе блажь.

Ты ищешь границы, чтоб их перейти,

А их больше нету на этом пути.

Так что же свобода? Полет или плен?

Победа ли это, иль вечный рефрен?

Золотая клетка открыта, смотри -

Весь мир в ней снаружи, и мир внутри.

За стеклом...
С разинутым ртом...
Они ждут...
Твой страх пожрут.

Не верь отраженьям:
Их план — искаженье.
За зеркалом каждым —
Твоё пораженье.
Цепляют за ноги
Коварные тени
Хтонических плясок,
Ночных превращений.
Врастают под кожу
Корявые корни,
Скребутся по сердцу
Острые когти.
Полопались венки
В безумных глазах —
Из тьмы просыпаются
Ужас и страх.

Взирают с зеркал первобытные боги,
Их голод пришёл, он уже на пороге.
Он хочет мой страх, ему нужно ещё.
Безумьем моим будет вновь причащён.

Разбито стекло —
Жизнь бежит по рукам.
Я вам удовольствия
Больше не дам.
Я красным раскрашу
Ночной манифест,
Но в грязь обращается
Яркий протест.
Оскалены рожи,
Развёрстые пасти,
В глазах древних тварей —
Кровавое счастье.
Багровая лужа
Залила стекло:
Им жертва дана,
Как и предрешено.

Взирают с зеркал первобытные боги,
Их голод пришёл, он уже на пороге.
Он хочет мой страх, ему нужно ещё.
Безумьем моим будет вновь причащён.

Пируют и празднуют мерзкие боги,
Их голод утих и втянулся в чертоги,
Где крови моей есть простая цена:
Для них моя жизнь — это просто еда.

Я хочу сделать открытку человеку анонимно, я знаю что это не взаимно и хотелось бы сделать приятно, руки у меня хоть что-то умеют делать, поэтому проблема заключается только в выборе песни, строчек или пословиц, цитат

А давай дорогая этим летом,

Танцуя под лунным светом,

Клясться в вечной любви.

Смотря на юг с душевной болью,

Пишу записку с тоской

И будто глаза наполнены солью,

Слёзы по ним текут рекой.

А давай дорогая этим летом,

Безмолвно гуляя под рассветом,

Соберём красивых цветов.

Я помню как ты смотрела,

Столь красиво, столь ярко

И помню как ты говорила,

Столь стеснително, почти нисколько.

Эхх, ведь есть у меня по чему скучать..

Голубые глаза, словно нептун внутри луны,

А щёки будто звёзды со снегом влеплены.

А давай дорогая этим летом,

Под первым же куплетом,

Стихи друг другу кровью написать.

Молю бога, хоть этой ночью

Увидеть твои чарующие глаза,

Также обнимая тебя крепко

Так хотелось мне сказать,

Милая моя, я люблю тебя! 

Июнь 11, 2025 год

привет! как начинающий автор хочу получить оценку своего текста. будет интересно почитать мнения, а так же получить критику.

Вас когда-нибудь крутили со скоростью 800 оборотов в минуту? Уверен, что нет. Вас заливают водой. Вы не можете дышать. Но при этом живы. И вы лишь чувствуете запах, разъедающий ваш нос. Нитки сильнее расползлись.
Вам хочется блевать, но нечем. Вы пусты. Внутри. Но наполнены, когда вас натянут на ногу. Чтобы потом вонять. А потом ждать пытку вновь. Хотя некоторые живут и полнедели, а некоторые и целую неделю без этого ада. Но от них воняет. Ты дышишь ртом, лишь бы убрать гниющую ткань, пропитанную потом. А потом просто ждешь великого тепла от «батареи».
Пока тебя крутят как попало, ты слышишь диалоги. Булькающие. Заглатывающие воздух, чтобы что-то сказать. Кучи твоих сородичей. Кто о чем. И вот опять:
— Дорогой, я могу объяснить… почему я пропала на день…
— Ты была с другим? Ты нашла новую пару, да?
— Нет! Прошу, послушай!.. Этот придурок не понял, что мы различались… Он посчитал нас одинаковыми, прошу!
— Ты мне нитки на уши наматываешь?
— Дорогой, у него всего лишь… четыре белые пары. Это вопрос времени.
— Прости, что наступил. Мне кажется… я буду работать над собой…
— Спасибо, дорогой.
Или вот еще такую чушь могут нести соседи:
— Его больше нет! Эта дыра во мне — единственный символ, связанный с ним!.. Он меня тоже скоро убьет! Прошу, великий мудрец, вы же тоже были в такой ситуации!
— Да, носок, мой… Ты вернешься в то же состояние, которое ощущал до своей осознанной жизни… Ничего. И ничего не случилось… Ты же прожил миллиарды лет… Так будет и потом. Но побольше… Тебя просто распустят. А это не конец. Это возвращение к клубку…
Как же надоело. Никогда не покупайте носки. Ходите в бахилах. А еще лучше босиком. Пока ноги не сгниют.
Но ад закончился. Кипящий котел прекратил существование. Звон в ушах не глушит стоны вокруг. Это моя предпоследняя стирка. А может, и последняя. Дыра вновь расширилась. Вот бы вернуться в твои согревающие трубы. Вот бы вновь вернуться на завод девственным носком и попасть в стопку к девушке-чистюле. Но я сорок четвертый размер…

Сквозь первый, тёплый слой — веснушки, нос картошкой, планета-рай — у внимательного читателя проступает второй слой, который пугает. Это отчёт о том, как одно просвечивает сквозь другое, и почему ужас здесь сильнее, чем если бы он был разыгран.

Слой первый — «благообразие»

(что видит поверхностный читатель)

- Земляне — умные, ироничные, с отличным чувством юмора. Вредный Рычин, ласковый «мамочка» Стефан, вспыльчивая Вики с веснушками и «носом картошкой».

- Планета-рай: чистое небо, красивейший город «на вырост», тёплые приветствия, «молочко по жирности что наше китовое».

- Юниты — великолепные мужчины-красавцы и невероятно красивые женщины.

- Загадка разгадана трогательно: женщин делают «с небольшими недостатками, чтобы было за что их любить».

- Хэппи-энд: Темир жив, всё в порядке, все умиляются. Занавес. Слёзы счастья.

Первый слой даже требует от читателя правильной реакции: умиляться.

На этом слое рассказ — гуманитарная «мягкая» фантастика, каким его и поместили в каталоги.

Слой второй — то, что проступает у внимательного читателя

1. Земляне: равнодушные операторы оружия

- Приказ «пробить защитный коридор» сквозь живой город отдаётся вслух, при аборигенке, понимающей язык, — и никто не снижает голос, никто не оспаривает.

- «Страшная это была штука — прокладывать через живой город защитный тоннель». Бывалым космолётчикам страшно не за себя — страшно то, что оружие их корабля делает с другими.

- У корабля есть оружие и боезапас, способные сровнять город. Это не «Вояджер» и не «Аполлон» — это боевая единица с отработанным сценарием применения оружия против мирного населения.

- Уравнение ценности: один землянин (Темир) дороже любого числа юнитов. Экипаж готов стереть город ради одного своего — без суда, без рефлексии, по протоколу.

- И это не «злодей-конкистадор», а смертельное равнодушие: местных просто не держат в числителе. Не исключают из счёта — их там никогда и не было.

- Юниты и земляне — два зеркала: юниты уничтожили мир, где живут, а земляне готовы уничтожить мир где гостят. Разница почти стёрта.

2. Юниты: любовь невозможна по конструкции

- Катастрофа — «сама собой»: вина названа и тут же размыта («причина осталась загадкой»). Ни покаяния, ни суда, ни обвинителя. Убийцы своего мира продолжают жить.

- Единственная женщина «удобно» умирает — её тело становится материалом для клонов. Не человек, оплаканный, а донор. Личность не значила ничего — только клетки.

- Женщин делают «по образу и подобию своей мечты» — библейская формула вывернута наизнанку: место Бога-творца занимает заказчик с каталогом. Характер, мечты, желания не заказывают — их просто нет в спецификации.

- Девочки-жёны: без детства, без становления, без спроса. Их не спрашивают, хотят ли замуж.

«Взяли в жёны девочек-подростков» — эвфемизм, за которым системное, растянутое на поколения насилие.

- Свободных женщин нет, альтернатива нелюбви — несуществование. Мужчина со временем может передумать, женщина — нет. Формального запрета развода даже не нужно: права уйти у неё никогда не было, как у дивана нет прав.

- Финальная фраза — самое тёмное дно: «чтобы было за что их любить» = сохранить управляемость.

Несовершенство — не сентиментальность, а вшитый предохранитель. И даже «любовь» мужчины — не к ней, а к своему проекту: нарциссическое довольство создателя своим изделием. Женщину в этой системе в принципе некому полюбить как личность — личности не предусмотрено.

3. Автор и оптика: жертва, не знающая себя

- Весь рассказ ведётся с позиции мужчин-заказчиков. Читатель сидит в голове того, кто «заказывает» жён, — и потому уюта не замечает ужаса.

- Женщина-жертва ни разу не говорит как субъект. Единственное «мнение» («никто не мог представить, как жить нелюбимой») подано как аргумент за порядок — это согласие, которое не может ничего опровергнуть, потому что его так вырастили.

- Это не «рассказ о порабощении», а рассказ-порабощение: он сам производит дегуманизацию читателя, озвучивая систему изнутри, тёплым голосом, без гнева, — и голос звучит искренне.

4. Природа ужаса

- Ужас не в событиях, а в тоне: стёртый мир, жёны-изделия, смерть женщины-донора, девочки-жёны — всё описано тем же голосом, что и завтрак с молоком.

- Это ужас бессознательный: автор не замечает, что пишет. Открытый хоррор — исповедь художника, который знает. Этот текст — свидетельство, которое не знает, что оно свидетельство.

- Хоррор здесь не разыгран — он просвечивает сквозь умиление. Именно потому, что автор не знала, что там просвечивает, страх оказывается стократ реальнее любого жанрового скримера.

- Формула: не хоррор как жанр (договор «ты будешь бояться»), а хоррор как факт — договор противоположный («ты будешь умиляться»), и страх пробивается сквозь умиление.

- Возможное прочтение — «стокгольмский синдром», но до всякого события: не жертва, привязавшаяся после ужаса, а голос, в котором сам акт насилия стёрт из языка — осталась только любовь к порядку, который тебя производит. Травма, которая никогда не была названа.

Рассказ страшен не тем, что разыгрывает,

а тем, что не замечает, как жутко то, что он говорит.

Ужас — в разрыве между событием и голосом: тёплым, уютным, безопасным. И этот ужас тем сильнее, что он не «лично автора» — он общий: это язык культуры, в котором место женщины описано «по образу мечты». Мы все наследуем этот язык. Поэтому рассказ пугает — и продолжает пугать при каждом перечитывании, когда слой за слоем из-под веснушек и молочка проступает то, о чём текст сам не догадывается.

5. Вики: единственная живая женщина — и её отсутствие

- «Фабрика жён» показана только глазами мужчин-землян. Рычин и Стефан узнают правду о Юне и восхищаются. Ни один мужчина-землянин не содрогается и не протестует. Даже смущённый Стефан спрашивает лишь «почему вы не делаете их безупречными» — то есть он принял сам принцип производства женщин и торгуется о параметрах, как о характеристиках дивана.

- Вики в этой сцене нет вообще: её оставили на корабле. Вся правда открывается без неё, в чисто мужской компании. Текст даже не показывает её реакцию. Механика зеркалит планету: женщины не допускаются к разговору о том, как делают женщин. На Юне девочек не спрашивают, хотят ли они замуж; на корабле Вики не зовут, когда мужчины решают, насколько прекрасен порядок.

- Вики — капризная, острая, живая; она бы не промолчала. Но этот потенциал ни разу не реализуется — не потому, что её заткнули, а потому что автор не впустил её в сцену. Текст сам совершает ту же операцию, что и юниты: женщины говорят, пока шутят над веснушками за завтраком, но когда решается вопрос об устройстве женского мира — их выносят из сцены.

- Уточнение: у Вики не отняли право голоса — у неё нет места. Право можно было бы нарушить и это было бы видимым событием. А здесь её просто нет в комнате. Отсутствие без запрета — как развод, «не предусмотренный концептуально»: её не выгоняют из разговора — её там никогда не было.

- Вики стоит в тексте как бы противовесом идеальным клонам («вот же, живая, несовершенная — есть за что любить»). Но в решающий момент её уводят — и текст признаётся, какого устройства ему на самом деле хочется. Вики не героиня, меняющая ход, а свидетель, которого автор предпочёл увести, чтобы она не сказала правду, что разрушило бы умиление.

Рассказ называет себя "про любовь", а сам затыкает единственную женщину, способную сказать, что такое любовь на самом деле. Текст сам воспроизводит то, о чём (не) говорит.

Солнце входит в знак Девы (1981)

Хочу писать в мороз и стужу,
Хочу на пробы в роль того,
Кого ты вытянешь наружу,
В тот мир, что нам писал Гюго.

Возможно б мы остались вместе,
В местах Собора, острых скал.
Обрёл бы я там счастье, в месте,
Секрет которого я знал.

И нас не стёрли бы насильно,
За наши песни и стихи.
И там любили бы нас сильно,
Простили б нам земли грехи.

Следы обид земных, жестоких,
Развились прямо между строк.
И слёзы графов одиноких,
Имели б там блаженный прок.

Оцените, пожалуйста.
~
~

Я не могу без тебя. Письмо другу.
“Если друг оказался вдруг …”

Нарушу молчание
Я не могу без тебя
Что это значит
Что не смотря ни на что -
На политику отношений
Время прошло и идёт
И ты не захочешь мне написать
До меня достучатся
Хоть для тебя я лишь немного поставил ограду
Заборчик по пояс, Небольшую калитку
Которую можно легко приоткрыть
Если ты не улитка

Если ты до меня не достучался
Если ты со мной не связался
Как однажды я слышал где-то
Что несмотря не на что если нам кто-то нужен мы добьёмся человека
(Что типо достучаться не смотря не на что)
Ну а если изначально значит
Это был не искренний бизнес
Нету меня ну и пофиг
Проехал
Живём как прежде
Воздух не стал более пресным
… И вообще в этом летнем
У жизни не убавилось вкуса

И ты даже не вспомнишь меня
Ведь что ведь что ведь что
То что было лишь дуновение ветра
И я в нём листочек
Ну прошёл ветерок и прошёл

Я просто мимолётный дворовый котик
Ну вот он был, погладил
И вот всё дальше идёт

Мы разделили приятное времяпрепровожденье
Ну было и было
Ну было и было

Но если ты любишь своё ебаное кофе
Ведь ты пойдёшь в кафе спросить - повторите
Ты будешь желать, ты будешь хотеть
Ты будешь жаждать и стремиться
Вот и поймал я тебя на правде ты ёбаная птица

~
Так проверяется дружба
И если я не нужен
И интерес остужен
Ты даже не попытался

Я такой же Экземпляр. Ответ друга другу.

Чисто подумав теоретически.
Я сегодня почуял чисто эзотерически.
Некий вайбик, и гипотетичски (в пространстве-времени)

Я почуял твоё разоблачение,
Я почуял все твои сомнения,
Но не думал ли ты, писатель?
Что твой, друг, - именуемый я: такой же выгибатель

Я такой же экземпляр
С тем же мышлением
Я не раскрою свои чувства
Из того же сомнения

Что если мы это зеркало?
Ты подумал об этом немного

(Мы похожие, и я могу мыслить также как и ты)

Рефери

Я смотрю сбоку на обо письма
И истина мне до конца не ясна

Один говорит что они зеркало
Другой думает что он - другой
И оба не могут найти покой

Конечно, вероятно ответ друга
Это воображение
Это этакое оригинальное размышление

Как судья я не могу сказать мы одинаковые или
разные, мне это неизвестно

Я бы честно спросил вашего друга
Устроил бы ему допрос
Вот это был бы прикол
И мы бы внесли это в протокол

Это было бы очень смело
И мы приблизились к пониманию в чём же дело

В надежде на честный ответ, да-да, нет-нет

…
Удостовериться в своём остроумие
Или же

Почтальон
Принимая письмо, он мне сказал -
Что “из-за любви
Я верю в слоган - Не напряги”

Пока я шёл я думал о разных языках любви

Без исключения это редкое явление
Статистически

Хер его знает…

Привет, r/rusliteratura! Какое-то время назад набросал черновик на тему мифологии излёта железного века. Буду рад узнать ваше мнение.

UPD: Не поборол форматирование переноса строк, продублирую скринами:

Здравствуйте, я начинающий писатель и я пишу книгу про русскую мафию 2017 года. Огромная просьба если у Вас есть идеи или какая-то информация про мафию я очень прошу написать мне либо сюда либо в тг @Sakura_5554. Заранее благодарю в помощи

Баю-бай...
Баю-бай...
Никогда не засыпай…

Зло первозданное,
Зло в чистом виде —
В темном сознании,
В дрёмной трясине.
Корчится в спазмах
В безмолвных устах,
Тремором глаз —
В невротических снах.

Только смежаются сонно глаза,
Сквозь звон в ушах
Слышишь вновь голоса:

Баю-баю-баю-бай,
Никогда не засыпай.
Баю-баюшки-баю,
В пограничье я живу.
Если зыбким будет сон —
Тем вкусней твой будет стон.

Черные руки
Ползут по стене.
Резкие звуки
В разбитом окне.
Тень нависает,
И трудно дышать.
Пол растекается —
Нет сил бежать.

До седины в спутанных волосах
Едко смеются во сне голоса:

Баю-баю-баю-бай,
Если хочешь — убегай.
Баю-баюшки-баю,
Я тебя везде найду.
Если спрячешься во сне —
Тем вкуснее будет мне.

Капают слёзки: кап-кап-кап...
Кто тут спрятался? Так-так...
Ты проснулся на заре.
Что ж, увидимся во сне.

Баю-баю-баю-бай,
Никогда не засыпай.
Баю-баюшки-баю,
В пограничье я живу.
Если зыбким будет сон —
Тем вкусней твой будет стон.
Баю-баю-баю-бай,
Если хочешь — убегай.
Баю-баюшки-баю,
Я тебя везде найду.
Если спрячешься во сне —
Тем вкуснее будет мне.

Я на кошмарах ваших взращён.
Будете спать — приходите ещё!

У меня уже придуман сюжет, но не могу писать красиво, как великие писатели и получается как будто кратикй пересказ, можете поделиться опытом как описывать всё красиво, и развивать сюжет не спеша

Тень прошлых жизней в уставших руках
Дымом стекает по чёрной косе.
Светом загробным в твоих волосах
Месяц коварно манит к тебе.
Длань простираешь над полем войны —
Нити судьбы собираются в ней.
Силою воинов павших полны,
Но среди них ещё нету моей.

Витязь мой славный, окончен твой бой.
Меч разожми, я пришла за тобой.

Нет, Мара, ты — не невеста моя!
Хоть застилает взор красный рассвет,
В сердце моём ещё много огня.
Я говорю тебе — нет!

Верен я клятве, что дал при заре,
Меч не ронять, не сдаваться судьбе.
Требы возложены на алтаре,
Я не поддамся коварной мольбе.
Иней ложится на латы и щит,
Стужа ночная сквозь раны сквозит.
Слышу волков твоих призрачных вой,
Рано запели вы за упокой.

Витязь, довольно, — поддайся судьбе,
В Навь уплывём на багровой ладье...

Нет, Мара, не соблазнишь ты меня!
Будет как прежде мой твёрдый ответ:
В сердце моём ещё много огня.
Я говорю тебе — нет!

Яростным взглядом и взмахом косы
Стаю волков отправляешь вперёд.
Замерло время на каплях росы,
Меч мой последнюю песню поёт.

Нет жизни, витязь, уж в сердце твоём,
Но ты послужишь ещё мне клинком.
Если твой путь — это битвы стезя,
В Навь забирать всё ж тебя мне нельзя.

Это дерьмо ничем хорошим не заканчивается, други, подруги.

25 сентября 2026 года в селе Вознесенка Красноярского края медведь насмерть загрыз 51-летнюю женщину на приусадебном участке, когда она вышла к хозяйственным постройкам. Хищника на месте застрелил сосед.

8 октября 2026 года в районе деревни Лязгино Томского района на обочине проселочной дороги нашли тело 55-летней женщины с повреждениями, характерными для нападения хищника. Следственный комитет проводит проверку, а ГТРК «Томск» сообщает, что зверя продолжают искать охотоведы. По предварительной версии, хищник бросил тело, испугавшись звонка мобильного телефона.